Живая Школа
На сайте "Живая Школа" вы сможете узнать о новой педагогике, ориентированной на духовное развитие, базирующейся на Знании основных Законов Бытия и законов психической энергии. Можно познакомиться с новой методикой музыкального образования и воспитания (развитие музыкальности, музыкального мышления, музыкально-исполнительского мастерства...), основанной на принципе развития сознания и воспитания духовных потребностей личности.

Мысли о Музыке

Настоящими борцами за свободу и справедливость становятся не те, кто чувствует их недостаток в отношении себя или «своих» а те, чьё сознание уже достаточно способно воспринимать вибрации света в той мере, которая делает жизнь немыслимой без борьбы за Идеал до тех пор, пока этот идеал не будет осуществлён на земле. 


Когда Красота перестаёт быть идеалом жизни, искусство вырождается, явив самодостаточность техники как замену ушедшему духу красоты, а в личностях и в государствах в нарастающей прогрессии являются признаки дряхления и разложения. 


Мысль – свет. И потому высокая мысль никогда не войдёт в бессердечный разум, лишённый света, иначе говоря – сердечного магнетизма. 


Дух – магнит. Чем больше духовной концентрации внимания, тем выше степень магнетизма. Человек рассеивает свой магнетизм, расточая бесплодно силы внимания. Духовно растёт тот, кто при любых обстоятельствах умеет сохранять духовную концентрацию. 


Конкурсомания в искусстве напоминает испорченные пряностями пищевые вкусы: когда утраченное чувство естественного вкуса требует всё большего количества острых приправ. А заканчивается всё …заболеванием. 


При наличии искреннего стремления достичь мастерства в любом деле, а в искусстве особенно, необходимо прежде всего учиться ориентироваться не на утверждённые современностью эталоны, а на внутренний идеал Красоты, присущий каждому сердцу – в духе. 


Современные конкурсы музыкантов-исполнителей пора отнести к одному из видов спорта и перенести их в ведомость спорта, потому что в конкурсах музыкантов, так же, как и в спортивных соревнованиях, ярко главенствует идеал скорости и ловкости, и действуют критерии внешних достижений. В искусстве подлинном критерии иные, присущие духовному плану бытия. 


Красота – главный критерий достижения в искусстве – изгнана из современного дворца искусства, её величественный трон человеческий прагматизм отдал принципу эффектности, которому и подчинены все средства музыкальной выразительности, подчинено сознание исполнителя со всеми его энергиями и качествами. 


Основная проблема современной музыкальной педагогики в том, что слишком усердно и ускоренно обучают детей игре на музыкальном инструменте, вместо того, чтобы учить воспринимать красоту музыки. 


Качество восприятия музыки сказывается на качестве интонирования. Интонирование утратило свой подлинный смысл хорошо осмысленной музыкальной речи. Сегодня на поприще исполнительского искусства проявляется скорее драматический, нежели музыкальный артистизм. Музыкальное воплощение образа требует передачи энергетики музыкальной мысли в звуке и звукоинтонации. В современном исполнительстве мало присутствует в звуковой материи «душа» – духовная энергетика, ибо мало сформированы естественные связи между «сердцем поющим» и «рукой играющей». Именно в тонкости этих связей – вся суть музыкальности исполнения. 


Ускоренное формирование навыков «интонирования» ведёт лишь к подражательству, лишающему игру музыканта жизненности. Живой, одухотворённый звук не рождается в руках копирующих, ибо нет одинаковых прикосновений к инструменту, как нет одинаковости в токах пальцев рук, исходящих из сердца. Искусственность вместо искусства – результат слепой подражательности, «короновавшей» методику – эту незаконную наследницу Метода (древнегреч. - «путь»). 


Метод индивидуален, методика массова. Право на метод (при том, что его существо индивидуально, неповторимо) не является специфически учительским, но законно принадлежит каждому, следующему по пути мастерства. В подлинно творческом педагогическом процессе ученику предлагается не метод достижения результата (ибо в этом случае результат становится заранее данным решением исполнительской задачи), но метод искания. Только многообразие подходов, рождающееся из личных исканий, вернёт одушевлённость и красоту исполнительскому мастерству. 


Положение в современной педагогике искусства может изменить перемещение акцента внимания с методов на принципы. Внимание к методам незаметно уводит с пути искусства как пути к Красоте, внимание к принципам помогает не сбиться с пути, увлёкшись погоней за «результативностью», которая всегда – лишь внешность, сущность же скрыта от глаз, не видящих разницы между принципом и методом и отправляющих первый в область абстракции.Красота, естественность, одухотворённость… – суть живые принципы – ориентиры; отход от этих ориентиров на пути искания мастерства, сносит с пути искусства на путь ремесла, когда «умения» есть, а красоты, рождающей то, ради чего искусство существует – вдохновение, всё-таки нет. 


Принципы обучения музыкальному мастерству, утверждённые в современной методике, по сути являются не принципами, а целями, поэтому, при непонимании подлинно принципиальных основ обучения, среди которых абсолютный приоритет воспитания над обучением, остаются безжизненными декларациями – практика обучения повсеместно ориентирована на ускорение внешне-технических результатов, отнеся сюда же даже живое искусство выразительности (как будто навязанное ученику решение задачи художественной выразительности означает реализацию принципа «единства художественного и технического»).Подлинная выразительность основана не столько на технике (в её обычном понимании), сколько на чувстве (и передаче) внутреннего пульса музыки и духовно воспринимаемых ритмо-интонаций, являющихся сокровенной жизнью музыкального произведения. 


Споры об искусстве и ремесле, некогда столь ярко демонстрирующие наличие исканий, разрешились в пользу ремесла – так эпоха прагматизма сделала свой выбор. Но прагматизм может быть и более глубоким осознанием полезности, если смотреть дальше «вечера сегодняшнего дня», которым не заканчивается ни жизнь индивидуальности, ни путь мастерства… 


Подлинно рациональным подходом будет подход насыщения энергией сущности дела каждого момента этого дела. Энергия сущности расцветит множеством тонов каждый момент творчества, одновременно дав импульс к дальнейшему расцвету каждого аспекта. Именно множество зёрен творчества обеспечивается присутствием сущности труда в каждом явлении труда… Так кто же более реалистичен: идеалист, укореняющий творческое сознание в источнике дела, или материалист-прагматик, в погоне за сиюминутным блеском уводящий себя всё дальше от достижения, которое всегда – глубина, а не поверхность. 


Будут ли когда-нибудь осознаны и осуществлены в музыкальном искусстве истины, утверждающие ведущее начало мысли по отношению к действию, идеи по отношению к её выражению.Отсутствие мысли оглупило музыку, породило культ ремесла как явления блестящей внешности при отсутствии огня жизни – духа красоты. Мысль и красота неразрывны. Только красота, достигаемая в искусстве нахождением тончайших связей музыкой духа и и звуками, доступными музыкальному инструменту (что и является подлинным мастерством), является оправданием нелёгких трудов, которым посвящает себя музыкант.


Открыть в себе духовную жизнь может каждый человек. Наиболее близкий вход в мир духовного бытия – через врата чувства красоты. Именно чувство красоты, при условии, его активной призванности, помогает сознанию в каждый момент жизни не замыкаться в обыденности, но ощущать огромное живое пространство вокруг. Бесконечность этого пространства во всех осознаваемых измерениях является для живого чувства непосредственно данным критерием жизни и побудителем всех исканий. 


Подлинное искусство никогда не бывает порождённым ремеслом, так же как и знанием, но рождается всегда из живого чувства Беспредельности, являющегося достоянием каждого человеческого сердца, и которое может осознавать даже ребёнок, если только обратить на это чувство внимание и понять, что именно оно и является дыханием настоящей жизни человека. 


Урок мастерства может быть различным, нет ограничений творчеству, нет единого правила, ибо нет двух одинаковых учеников, учителей… Главное, без чего урок не может быть состоявшимся, это наличие одновременно в ученике готовности учиться, в учителе – искания научить, каждого, кто пришёл в класс с живым желанием учиться. 


Ученика «делают» не способности, не дарования, но проявленное духовно желание учиться – продвигаться в мастерстве, знании. Учителя же создаёт любовь: любовь к делу, которому учишь, и к людям, желающим учиться. Но есть ещё более важное, то, без чего первые два условия качественного образовательного процесса всё равно не дадут духовно удовлетворяющего результата, то, что почти утрачено европейской цивилизацией – условие почитания учителя.


Условие почитания учителя – непременная энергетическая основа всякого настоящего образовательного процесса. Отсутствие этого фундамента образовательных отношений предельно вульгаризирует весь процесс получения знаний, мастерства. При том, что подлинности не будет ни в таком мастерстве, ни в таком знании. 


Почитание учителя, – а учителем будет каждый, кто даст хоть крупицу знания или подаст лучший совет, – является космическим законом, регулирующим движение тончайших энергий. Обучение всегда затрагивает область тонких энергий бытия, касание к которым требует бережности, как во всех явлениях огня. Тонкость условий, обеспечивающих гармоничное течение и взаимодействие огненных энергий, обеспечивает особое состояние сердца, именуемое почитанием. Вместе с чувством благодарности это качество энергий создаёт как бы русло, защищённое от вторжения хаоса. Отсутствие почитание учителя – это открытая дверь для всех явлений грубости и хаоса, несущих разрушение. 


Нет большей несоизмеримости, чем насильственное обучение или обучение в условиях, когда учитель поставлен в положение слуги. Даже, если бы такой труд стал высокооплачиваемым, всё равно при отсутствии чувства почитания подобная ситуация является той, когда никакое учение не является благом, ибо следствием таких разрушительных диссонансов между тонким планом, на котором взаимодействуют энергии людей, и физическим планом, где видимы только внешние результаты учения, являются неизбежные разрушения человеческих судеб.


Каждый искренний педагог в каждый момент урока решает вопрос: что главное в данный момент для этого ученика. И именно от правильного решения этого вопроса зависит в конечном итоге прогресс ученика. Выводы о «неспособности» ученика, как правило, являются следствием изначально неверно поставленных перед ним задач. 

В работе с учеником над музыкальным произведением и освоением музыкального инструмента главное в педагогическом поле внимания всегда – ученик и его восприятие музыки и инструмента. Вопрос «что главное» означает особое внимание к характеру этих восприятий. (Часто найденное слово даёт решение целого комплекса слуховых или игровых трудностей). 

Следует всегда помнить, что красота музыкального произведения не может в достаточной мере быть выражена начинающим музыкантом, каким бы одарённым он ни был, но усилия открыть и устремить слух, внимание, все чувства ученика к исканию этой красоты и её наибольшему выражению – другая, неразрывно связанная с первой (с вопросом о «главном») задача обучения – воспитания. Решение же её не означает – привести к готовому, явленному в сознании учителя результату. 

Именно поэтому вопрос «что главное сейчас» всегда должен руководить учительской волей: это не позволит ни игнорировать индивидуальность ученика, ни сойти с перспективного пути воспитания на «тупиковую улицу» натаскивания.